Как души, озираясь с непривычки...

Как души, озираясь с непривычки, 

Спускаются в Аид к родным теням, 

Я ехал на холодной электричке 

По темным подмосковным деревням. 

Летел состав от Курского вокзала, 

Смурно смотрела рыхлая земля, 

Сырая тьма безрадостно глотала 

Смущенные цветением поля. 

Соэлектричники, ленивые, как стражи, 

Зевали, глядя в темное окно: 

Заборы, крыши, прочие пейзажи – 

Привычное вагонное кино. 

Кружилась голова, кружились лица – 

Плыло вокруг пространство огнево… 

Я, затаив дыхание, молился, 

Открыв глаза, не видел ничего. 

Московии надорванное сердце 

Дышало в обескровленной ночи, 

То набухало, то сжималось смертно, 

Роптало, как забытый хлеб в печи. 

Мне горло жгли прельстительные речи, 

В крови текла крутая соль обид… 

Но я любил и чаял третьей встречи, 

Которую сам Бог благословит. 

…Я повидал разбойную столицу – 

Отравленного воздуха глотнуть, 

Ей, окаянной, в землю поклониться, 

И лоб разбить, и выстрадать свой путь. 

И все до боли было мне знакомо – 

Беспомощно чернел простор вдали, 

И май горел, как рыжая солома, 

И дым вставал во всех концов земли.